Алфавит Сергея Сочивко

Общество

Алфавит Сергея Сочивко

Жизнь – это книга, которую каждый из нас пишет сам. А поскольку все люди разные, то и наши индивидуальные «книги» написаны с помощью индивидуального же алфавита, отражающего личные устремления и взгляды на окружающий мир. Сегодня мы предлагаем читателям «Вечернего Омска» алфавит известного омского живописца Сергея СОЧИВКО.

АРМИЯ. «Косить» от призыва, как это модно у нынешней молодежи, в наше время было не принято. Когда пришло время, я попал в войска ПВО, дослужился до замкомвзвода артиллерийской ремонтной мастерской. Правда, сперва месяца два поработал художником в клубе, но мне очень быстро надоело писать соцобязательства за весь полк. Сказал себе: а ну ее к черту, эту оформительскую работу, я лучше буду нормальную службу нести. И до сих пор ничуть не жалею об этом.

БЛАГОСОСТОЯНИЕ. В художники я пошел не за деньгами и славой, а по потребности души и в поисках смысла жизни. Я бы вообще все картины раздаривал, но ведь кушать-то хочется. Иными словами, для меня деньги – это не самоцель, а средство, позволяющее жить и творить. Поэтому над златом, как пушкинский царь Кощей, я не чахну и никогда чахнуть не стану. Но – чего уж скрывать – мне бы, конечно, хотелось за свою работу получать достойное вознаграждение.

ВЫБОР. Кем быть в этой жизни, я выбрал едва ли не в детском саду, твердо решив стать художником. Помню, из глины, найденной на берегу речки, делал фигурки людей и животных, потом обжигал их в печи и раскрашивал. А зимой, когда не было глины, лепил из оконной замазки, выковыривая ее из оконной же рамы. Родители, правда, немного ворчали по этому поводу, но не мешали «творческому процессу». В классе, наверное, пятом они привели меня в художественную школу. А позже я уже сам поступил в пензенское художественное училище – кстати, одно из старейших в Советском Союзе.

ГЛАВНОЕ. Для меня самое главное – это любимое дело, а ведь сколько людей так и не нашли себя в этой жизни и занимаются, извините, всякой фигней! Мне искренне жаль таких вот несчастных, которые день за днем, год за годом каждое утро с выражением вселенской грусти на перекошенных лицах отправляются на опостылевшую работу и не получают от этого ни малейшего удовольствия. Я бы уж точно так жить не смог.

ДАЧА. Нельзя все 24 часа в сутки быть художником, мозги надо переключать. Я «переключаюсь» на даче в Осташкове, которую приобрел три года назад. У меня там есть и огородик с помидорами-огурцами, и ягоды-яблоки, и зона отдыха с баней, мангалом и альпийской горкой, и даже березки, среди которых выстроен домик. Приедешь, денек поработаешь-отдохнешь – и сам как огурчик.

ЕДА. Люблю ли я сало? Да непременно, ведь надо же как-то оправдывать украинскую фамилию. И борщ обожаю. Я могу на одном лишь борще просидеть три недели, а если добавить к нему тот же хлеб с салом, то такое меню в принципе наскучить не может. Кстати, сало я солю сам и борщ варю тоже сам. Причем с большим удовольствием.

ЖЕНЩИНЫ. Мне нравятся крупные женщины, ведь зрелая женщина должна быть именно зрелой – вспомните хотя бы кустодиевских красавиц. А навязанный россиянкам голливудский стандарт 90–60–90 годится разве что для старшеклассниц. Прошу вас, милые дамы, не изнуряйте себя голодовками, не превращайтесь в ходячие «суповые наборы»!

ЗАКАЗ. Почему-то считается, что настоящий художник якобы не должен писать на заказ. Но ведь заказ – это не значит халтура, вспомнить хотя бы Веласкеса, заказные, как сейчас бы сказали, портреты которого до сих пор восхищают миллионы людей! На мой взгляд, труд живописца – это обычное ремесло, как, например, строить дома, учить ребятишек или тачать сапоги, поэтому социальный заказ кормил и будет кормить художников независимо от эпохи.

ИДЕИ. Когда они появляются, их нужно немедленно воплощать в жизнь, чтобы чего-то в этой жизни достичь. В противном же случае так и останешься пустым местом, не совершив то, что должен был совершить.

ЙОГУРТ. Не понимаю повального преклонения перед Западом и всем, что оттуда приходит. Например, сейчас модно пить йогурты, а я больше привык к простокваше, которую делает моя мама. Добавлю туда чуть-чуть сахарку или варенья, взболтаю – получается такой «йогурт», что Европа с Америкой отдыхают!

КАЗАК. Я – казак и этим горжусь. В начале 90-х годов я даже был одним из основателей Союза казаков
Сибири. К слову, в моей мастерской висит на стене самая настоящая шашка, сделанная мастерами из Златоуста в 1903 году. А черкеску мне прислали с Кубани в подарок от бывшего губернатора Краснодарского края Николая Кондратенко.

ЛЮДИ. Уровень культуры сегодня упал, и люди уже не рвутся в музеи, как раньше. Да и зачем молодежи Рембрандт с Тицианом, если можно включить тот же самый «Комеди клаб» и хохотать до упаду? А «на закуску» – «Дом-2».

МОСКВА. Туда почему-то все рвутся, а я не стремлюсь и никогда не стремился. В столице художников-гастарбайтеров и без меня предостаточно, тогда что мне там делать? Торговать картинами где-нибудь на Крымском Валу и греться водкой? Так ведь и спиться недолго, а мне печень жалко. Надо жить там, где востребован.

ОМСК. Я считаю себя омичом, хотя и родился не здесь. В Омск я приехал вслед за женой, с которой познакомился во время учебы в пензенском художественном училище. Город мне как-то сразу понравился, и я решил здесь остаться. Как оказалось, это был правильный выбор.

ПАТРИОТ. Я считаю себя патриотом и этого не скрываю, хотя сегодня быть патриотом не модно. И не важно, что наша страна теперь уже называется не СССР, а Россия. К слову, сейчас молодежь почему-то думает, что все советское – это что-то ужасное, что нас учили любить исключительно Брежнева и КПСС. Да нет, ребятки, Родину нас учили любить! Мы не на «Терминаторах» всяких и «Рэмбо» воспитывались, а на фильмах про Великую Отечественную войну и «Александре Невском». К слову, одной из первых моих работ в школе искусств был карандашный рисунок «Ледовое побоище».

РОГА. Они висят у меня в мастерской, но эти рога не мои, а лосиные. А если серьезно, то у меня много там всяких «древних» вещичек, кроме этих рогов. Например, лапти, подсвечники, старая кобура и ныне уже едва ли не раритетный граненый стакан – все это нужно для натюрмортов.

СОБОРЫ. Для меня это, пожалуй, одни из самых любимых – если не считать женщин – объектов для творчества. Но для того, чтобы достоверно передать дух того времени, когда они строились, приходится много часов проводить в архивах и библиотеках, общаться с историками, а затем все это переосмысливать самым тщательным образом.

ТВОРЧЕСТВО. За двадцать лет занятия живописью я написал не менее полутора тысяч картин. Некоторые из них сегодня находятся в частных коллекциях, а некоторые попали даже в Париж.

УСЫ. Они являются украшением казака, вспомнить хотя бы Семёна Буденного. Я не сбривал их ни разу, за исключением армии, где усы не положены по уставу. Хотя, разумеется, приходится иногда маленько подравнивать их, иначе сие украшение уже можно было бы за уши закидывать и заплетать на спине в косичку.

ФСБ. Мне нравится писать виды из окон обладминистрации, облсуда, УВД по Омской области, прокуратуры и ФСБ, так как из них видна почти вся историческая часть нашего города. К слову, в холле Управления ФСБ однажды прошла моя выставка, посвященная старому Омску, на которой были представлены эти работы.

ХОББИ. Обожаю рыбалку! Мой личный рекорд – сом весом шестнадцать килограммов и длиной свыше полутора метров. Вместе с братом и дядей мы выловили его с помощью бредня, а дома порубили рыбину на куски, зажарили и с удовольствием съели.

ЦЕРКВИ. Слава Богу, что гонения на православную церковь уже позади и в Омске возрождаются храмы. Жаль только, что многие омичи приходят туда разве что по большим праздникам, а все остальное время в церквах не очень-то многолюдно.

ЧЕСТНОСТЬ. Художник, как всякий творец, должен быть честным. И прежде всего по отношению к себе. К примеру, некоторые мои коллеги по ремеслу – не буду их называть – постоянно твердят о своей гениальности. Ну и пусть, если уж им так хочется. Но лично я никогда себе такого не позволял, не позволяю и не позволю, поскольку уровень мастерства живописца должен оценивать все-таки зритель, а не он сам.

ШАРЖИ. Среди состоятельных граждан сейчас стало модным заказывать копии известных полотен, но с определенным условием. Например «Охотников на привале», однако чтоб вместо лиц персонажей были физиономии самих заказчиков. Я тоже люблю пошалить, хотя вместо тех же «Охотников…» предложил бы скопировать «Последний день Помпеи» с ликами олигархов или чиновников. Вышло бы намного забавнее.

ЩЕДРОСТЬ. Говорят, что люди делятся на мотов и скупердяев. Я, наверное, ближе все-таки к скупердяям. Не потому, что от
природы такой, а просто доходы не те, чтобы деньгами сорить. Как говорится, что заработал, на то и полопал. А было бы денег побольше, может быть, стал бы мотом, щедрым и расточительным.

ЭПОХА. Моя любимая историческая эпоха – XIX век. Именно в это время были построены многие архитектурные шедевры нашего города, которыми мы до сих пор восхищаемся и гордимся.

ЮРОДИВЫЕ. В семье не без урода, это и художников тоже касается. Впрочем, юродивых вроде господина Кулика, которые испражняются в выставочных залах, бегают голыми, лают на людей и даже кусаются, художниками трудно назвать. Это обыкновенные хулиганы, им надо не залы под выставки, а 15 суток давать. Я – человек счастливый, но в чем-то трагичный. Правда, иногда могу быть колючим, капризным, но для людей творческих это нормально.

ОмскПресс