Туберкулёз — это не приговор

Общество

Туберкулёз - это не приговор

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) в рейтинге самых опасных заболеваний современности туберкулез поставила на второе место после ВИЧ. Но несмотря на это, в нашем обществе сложилась парадоксальная ситуация: заслышав слово «тубдиспансер», люди, как от чумы, «шарахаются» от него в сторону и боятся даже разговоров об этой смертельной болезни.

Анализ динамики основных показателей по Омской области дает наглядную картину того, что эпидемическая ситуация по туберкулезу продолжает оставаться напряженной и заболеть может каждый. Почему же тогда ни наличие целевых программ различного уровня, ни выделяемые финансовые средства, ни установка новейшего оборудования не могут изменить ситуацию?

Попробовать найти ответ на этот вопрос «Вечерка» решила в рамках круглого стола, пригласив на первое заседание всех, кто непосредственно занимается проблемами, возникающими в борьбе с туберкулезом.

Светлана Ситникова: Существует несколько факторов, влияющих на эту ситуацию: и исторический, и социально-экономический, и климатический. Если брать конкретно Омскую область, то однозначно сказать, что дела обстоят из рук вон плохо, нельзя. В сравнении с предыдущими годами положительная динамика налицо. На фоне роста заболеваемости туберкулезом наблюдается уменьшение показателей распространенности и смертности от этой болезни. Но, несмотря на то что доля больных с фиброзно-кавериозным туберкулезом среди впервые выявленных уменьшилась почти в два раза, она по-прежнему превышает рекомендуемую величину на 1,5 процента, то есть в 2,7 раза.

Корр.: Это означает, что мы контактируем с людьми с открытой формой туберкулеза, даже не зная об этом?

Светлана Ситникова: Совершенно верно. Здесь стоит отметить, что заболеваемость туберкулезом контактных лиц в период с 2004 года по 2009-й увеличилась на 74,3%, в том числе детей на 110,6%, так как именно они являются индикатором жизни общества.

Яна Анохина: Про туберкулез нельзя сказать, что это болезнь бомжей. Им болеют все — и бизнесмены, и врачи, и учителя, и домохозяйки. А заразиться им, учитывая плотность населения в городе, можно в любом месте. Что касается Омска, то ситуация с показателями примерно та же, что и в области. В 2009-2010 годах уровень заболеваемости снизился на 11%, но, несмотря на это, он остался выше среднероссийского на 30%. Впервые выявлено 1143 человека, заболевших туберкулезом, и из них 42% с открытой формой, когда идет массированное выделение микобактерий в окружающую среду. Один такой больной может заразить от 10 до 15 человек.

Корр.: А есть какая-то профилактика туберкулеза?

Лидия Мануйлова: В нашем университете проводилась научная конференция по туберкулезу, где были названы главные меры профилактики. Во-первых, риск заболевания туберкулезом резко снижается, если вы плотно позавтракали белковой пищей: в процессе ее переваривания бактерии, попавшие в организм, погибают. Второе правило касается исключительно личной гигиены -необходимо чаще мыть руки с мылом, так как туберкулез нередко характеризуют как «из рук в руки». Так как бактерии туберкулеза боятся солнечного света и свежего воздуха, необходимо чаще проветривать помещение. Но самое главное правило: «Кто предупрежден — тот вооружен!» — предопределяет ежегодное прохождение флюорографии.

Яна Анохина: Здесь мне хочется добавить: для диагностики туберкулеза существует всего два метода — флюорография для взрослых и проба Манту для детей. Выявление туберкулеза на ранней стадии — это не только гарантия более щадящего лечения, но и исключение рецидивов после болезни.

Татьяна Подкопаева: На нашей кафедре разработан специальный проект, в рамках которого были изучены карты эпидемиологического обследования и наблюдения за очагами туберкулезной инфекции для установления причин высокой заболеваемости среди контактных лиц. Первая причина — множественная лекарственная устойчивость у источника инфекции зарегистрирована у 54,9% пациентов. Вторая -проведение профилактических мероприятий не в полном объеме (45,1%); третья — краткосрочная госпитализация источника инфекции, самовольно прервавшего курс лечения (40,6%), и четвертая -отсутствие заключительной дезинфекции (25%). На наш взгляд, в настоящее время необходимо создание новой, комплексной системы мероприятий по оздоровлению очагов туберкулеза, которая бы, помимо традиционных мероприятий, включала еще и элементы психологической коррекции и социальной поддержки. Нельзя исключать и традиционное санитарные меры, в которые входит не только дезинфекция, но и изоляция источника инфекции, а также медицинские мероприятия с профилактическим лечением и диспансерным наблюдением за контактными лицами.

Василий Вилков: Одна из проблем распространения туберкулеза — вопиющая санитарная безграмотность, от которой давно пора избавляться. К нам в санаторий поступают дети как из полных семей, так и неполных, как от опекунов, так и из детских домов. И хочется отметить, что процент поступающих из детских домов наиболее низкий, потому что там дети находятся под присмотром специалистов.

Лидия Мануйлова: Со следующего года в соответствии с новыми государственными стандартами планируется введение новой сферы деятельности для специалистов, которых я называю специалистами по здоровьесбережению. Именно новые специалисты в рамках своей профессиональной деятельности должны будут заниматься просветительской работой, обучая родителей санитарно-гигиеническим навыкам. Уже сейчас у нас стартовал проект для старшекурсников и будущих магистров, в основу которого заложена волонтерская деятельность и цель которого -создать модель будущей работы как в общеобразовательных, так и в медицинских учреждениях.

Корр.: Но ведь волонтерская деятельность подразумевает личную инициативу, а для реализации проекта требуется финансовая составляющая…

Лидия Мануйлова: Разумеется, и мы пытаемся найти выход. К примеру, 30 апреля под эгидой Омской епархии пройдет пасхально-благотворительный концерт, и все собранные средства пойдут на поддержку детей, больных туберкулезом. Наши волонтеры работают и с санаторно-лесными школами, и в детской областной клинической больнице, и в детском легочно-туберкулезном санатории, главным врачом которого является Василий Петрович. Пользуясь случаем, я хочу поблагодарить всех руководителей, поддержавших наш волонтерский проект, и особенно главу Любин-ского муниципального образования Абая Курмашевича Ракимжанова, который финансирует поездки студентов в районную клиническую больницу.

Василий Вилков: Значит, человек заинтересован в будущем своего района, ведь проблема с кадрами стоит очень остро. В идеале, в каждом райцентре должен быть свой фтизиатр. А о чем можно говорить, если в Красноярке на 11 тысяч населения нет даже педиатра?! Будущие врачи как огня боятся самого слова «туберкулез», предпочитая учиться на косметического хирурга или стоматолога. Заболевшие дети из районов направляются к нам, зато там, где есть фтизиатр, проблем не возникает — он объясняет родителям и схемы лечения, и сроки, и необходимость. Проблема возникает финансового плана: на чем этого ребенка привезти к нам, к примеру из Усть-Ишима? Зачастую денег на проезд у большинства родителей просто нет. В большинстве районов области приняты специальные целевые программы, в которые заложены финансовые средства, но в таком объеме, что приходится выбирать, чему отдать приоритет: отдать их на обслуживание установки или приобрести дезинфицирующие средства?

Проблемы борьбы с туберкулезом должны решаться на уровне государственной политики, как это делает, к примеру, Казахстан. Детей там не только изолируют от больных родителей, но и самих родителей изолируют для принудительного лечения.

Корр.: Получается, человек, больной туберкулезом, зная, что он представляет опасность для окружающих, спокойно отказывается от лечения и не несет за это никакой ответственности?

Сергей Бураев: Ну, почему же, у нас принят Федеральный закон о туберкулезе, в котором прописано, что человек не имеет права распространять заболевание. Загвоздка в том, что в законе не проработан механизм доказательств и наказания. Приведу конкретный пример. Человек в местах не столь отдаленных заболел туберкулезом. В колонии от лечения он отказывается, потому что туберкулез для него шанс выйти условно-досрочно. Его освобождают, он возвращается домой и начинает получать инвалидность. Естественно, лечиться он и не собирается, так как может лишиться и льгот, и денег на лекарства. Болезнь прогрессирует, переходит в открытую форму, но принудить его лечиться никто не вправе.

Яна Анохина: Раньше существовала санитарно-эпидемиологическая служба, в задачи которой входил контроль за такими семьями. Сейчас в процессе реорганизации это звено выпало. По большому счету, проверить, как проводится дезинфекция в квартире, где проживает больной туберкулезом, никто не имеет права, а участкового врача могут даже на порог не пустить. Очаг инфекции известен, больной известен, но…

Корр.: Должен же быть какой-то выход?

Сергей Бураев: Только принудительное лечение. Здесь нужно четко отдавать себе отчет — необходим жесткий контроль над средствами, которые выплачиваются на лечение. Если он за год ни разу не пришел к врачу, не сдал анализы — снимать инвалидность без разговоров.

Яна Анохина: Учитывая сложившуюся в нашем регионе ситуацию, омичи должны знать, что к 18 годам практически все дети инфицированы, то есть в организме человека есть туберкулезная палочка в неактивном состоянии. Поэтому когда на седьмой день после рождения ребенка родители отказываются от прививки против туберкулеза, они должны отдавать себе отчет в том, что подвергают его смертельной опасности.

Сергей Бураев: Флюорография — единственный способ ранней диагностики туберкулеза. И в связи с этим руководителям предприятий, возможно, стоит взять на заметку практику МВД: никто не идет в отпуск, пока не предъявит результаты обследования. Впервые за последние 20 лет число заболевших туберкулезом сотрудников снизилось в три раза.

Лидия Мануйлова: Если объединить усилия медиков, педагогов и правоохранительных органов, то любую проблему можно решить. А омичам мне хочется еще раз напомнить: плотный завтрак и чистота ваших рук -шанс избежать инфекции.

ОмскПресс