Алексей РОМАНЕНКО: «Ответствен за вас перед собой…»

Общество

Алексей РОМАНЕНКО: «Ответствен за вас перед собой...»

Конец СССР стал очередным подтверждением мировой тенденции — крушения империй и образования на их обломках национальных государств. Такова, видимо, историческая неизбежность. Но это не просто новые цвета на политической карте. Многие представители поколения, пережившего войну, восприняли распад Союза как утрату чего-то внутренне близкого, части собственной души. Ибо ему служили, ему присягали.

Для Алексея Васильевича РОМАНЕНКО, фронтовика и кадрового военного, отдавшего службе почти 45 лет жизни, Минск и Тбилиси не были столицами чужих государств…

Сельские университеты

В богом забытом поселке Троицком, что в Кочковском районе Новосибирской области, школа была обычная деревенская — в разных углах простой избы занимались ученики с первого класса по четвертый. Все эти углы Алексей прошел. Затем три года ездил учиться за двадцать километров. А чтобы получить полное среднее образование, надо было отправляться в райцентр за 40 км, и отец сказал, что уже не сможет посылать сыну продукты и платить за жилье. Пришлось ограничиться семью классами.

В 39-м Алексей устроился в колхоз, где отведал всякой деревенской работы. Но людей, окончивших «аж!» семь классов, на селе было тогда совсем немного, и преклонного возраста бухгалтер сельпо решил готовить себе замену из Алексея. Поднаторев в новом деле, тот скоро самостоятельно выполнял обязанности учетчика, бухгалтера, став в колхозе заметной фигурой — и уж тем более с началом войны, когда весь нелегкий крестьянский труд остался на плечах женщин, стариков и молодежи. В 42-м Алексею было всего шестнадцать, а к нему обращались уже по отчеству.

Первым, по ранению, вернулся с фронта бригадир Сковородин, и с ним стало легче управляться с руководством колхозом. Правда, в финансах он смыслил мало, да и вся его грамотность заключалась в умении написать свою фамилию. Поэтому в документах он изображал ее только тогда, когда видел подпись Алексея.

Между тем парни один за другим уходили по призыву на фронт, и в ноябре 43-го настала пора Алексея Романенко.

Урок командира

В городке Асино, севернее Томска, располагалась 15-я школа снайперов. В боевых действиях снайперу, как известно, отводилась роль немаловажная. На умелых стрелков противник даже охотился, спецоперации предпринимал, чтобы их обезвредить. Но и достичь мастерства в этой воинской профессии было непросто.

В школе прозанимались полгода. После теории начиналось основное — тренировка с оружием на стрельбище. Девять упражнений с открытым прицелом, двенадцать — со снайперским. Учесть силу и направление ветра, величину мишени, угол ее движения и скорость -чтобы взять верное упреждение. Рекомендации на сей счет есть, но формулы стрельбы, так сказать, у каждого складываются свои, на основе собственного опыта.

Дорога на стрельбище и обратно не была прогулкой, а превращалась в марш-бросок. Инструктор объявлял: «Танки справа!», «Танки слева!» — или атаку конницы, воздушный налет и т.д. Следовало занимать соответствующую оборону, маскироваться, маневрировать. От твоей физической выносливости, от умения найти правильную тактику в разных обстоятельствах зависит исход боя. И твоя жизнь. Именно это подчеркивал руководивший курсантами пожилой фронтовик, давая им нагрузку более чем основательную и говоря: «Вы на меня, ребята, не обижайтесь. За каждого из вас несу ответственность перед собой». Его слова Алексей Романенко не забыл. Много позже, став командиром минометчиков, он будет говорить своим солдатам то же самое.

Ночная атака

В июне 44-го, после школы, Алексея направили в Московскую область, на станцию Космынино, в 25-ю учебную дивизию. Дожидаясь отправки на фронт, бойцы пилили сосны и строили землянки, готовя их для других новобранцев. Через две недели подразделение перебросили в Ленинград, оттуда в Кингисепп, и дальше — под эстонскую станцию Выру, где новобранцами пополнили состав дивизии, незадолго до этого с большими потерями участвовавшей в сражении за «Нарвский забор» — оборонительную линию немцев между Финским заливом и Чудским озером.

В ночь на 11 августа состоялось боевое крещение Алексея Романенко. Необходимо было провести разведку боем. Цель подобной разведки — обнаружить огневые точки противника, вызвав огонь на себя. А ночная разведка боем — это вообще «не приведи, Господь!..» Но повезло. Точки раскрыли и… остались живы.

Днем отгрохотала наша артподготовка. Началось наступление в Прибалтике — «Восьмой Сталинский удар», по классификации послевоенных советских историков.

В одном из боев Алексей был ранен. Подлечившись в госпитале, ожидал возвращения на передовую. Однако отозвали в Ленинград. Там для большой группы солдат с семилетним образованием был устроен своего рода экзамен: писали диктант, решали арифметические задачи. Зачем? Никто из них не знал. Потом тем, кто с заданиями справился хорошо, сообщили: поедете учиться на младших офицеров.

Звезда лейтенанта

Поездом ехали дней десять. 3 января 1945 года Алексей переступил порог Омского пехотного училища. Начинали осваивать ускоренный курс, но война кончилась, и была введена полная трехлетняя программа.

В сентябре 48-го лейтенант Романенко направлен в 16-й военный городок. Был командиром учебного минометного взвода, секретарем комсомольской организации стрелкового батальона.

Тогда же произошло важнейшее для него событие. 5 ноября, в 49-м (и здесь точность снайперская!), познакомился со своей будущей супругой. Ровно через год поженились.

Мария Григорьевна, будучи родом из Казанского района ныне Тюменской, а в то время еще Омской области, всю войну по мобилизации трудилась на 20-м заводе (впоследствии агрегатный завод им. Куйбышева). После войны окончила физкультурный техникум, с 48-го -старший преподаватель физкультуры в 110-й школе на Ремесленных улицах. А став женой офицера, она неизменно следовала за ним по всем новым местам службы.

Турецкий акцент

Первый переезд — в Москву -пришелся на начало 50-х. Алексей Васильевич поступил в военный институт иностранных языков, на факультет по подготовке офицеров специальной пропаганды. Тогда в армиях и дивизиях существовал так называемый «Седьмой отдел», призванный в случае войны вести агитационную работу среди войск противника и населения на его территории. Таких специалистов факультет и готовил.

В их институте преподавалось 48 иностранных языков. Каждый курсант учил два языка, по следующему принципу: язык одной из мировых держав плюс язык какой-то ее бывшей колонии или страны, входящей в зону влияния данной державы. Романенко выпало такое сочетание -английский и турецкий.

По языкам «натаскивали здорово». Были прекрасные, по последнему, что называется, слову техники лингафонные кабинеты, обширная библиотека. И очень сильные педагогические кадры. Так, преподавательница турецкого десять лет отработала переводчиком советского посольства в Турции.

За 50-е годы численность армии значительно уменьшилась. Отпала необходимость в «седьмых отделах», и количество офицеров спецпропаганды тоже было сокращено. Выпускников факультета отправили в воинские части на разные должности.

Семейные будни

Супруги Романенко оказались в Белоруссии. Алексей Васильевич назначен пропагандистом зенитно-артиллерийского полка, затем -танковой дивизии. Политзанятия, организованные им, признавались лучшими по армии. А он еще, чтобы быть вполне компетентным на своем месте человеком, старался освоить и зенитные орудия, и танковую технику. Мария Григорьевна была старшим инструктором по спортивно-массовой работе в Доме офицеров.

Следующий пункт дислокации -Тбилиси. Перевод в отдел спецпропаганды политуправления Закавказского военного округа. Функции пришлось выполнять разнообразные, до самых, скажем так, экзотических: была, вот, двухмесячная командировка в Турцию переводчиком на Измирскую ярмарку — под видом сотрудника Торговой палаты. Курировал работу с библиотеками и клубами. Ездил с лекциями, освещавшими боевые действия в арабо-израильском конфликте. Два года плотно занимался созданием музея боевой славы округа — поднимал газетные подшивки и документы в архивах, встречался с ветеранами. Даже собрал и обобщил исторические данные об 11-й армии, в эпоху Гражданской войны проводившей наступление в Закавказье. Музей занял второе место в конкурсе среди всех военных округов. А подполковник Романенко назначен начальником окружного Дома офицеров.

Интересный был период, насыщенный встречами со знаменитыми людьми, которые Романенко и организовывал. Об этом напоминают фотографии, где он снят вместе с Эдуардом Шеварднадзе, Арамом Хачатуряном, Савелием Крамаровым. Как руководитель делегации, сопровождал ансамбль песни и пляски округа в гастролях по Австралии, продолжавшихся два месяца.

А потом ему предложили полковничью должность начальника отдела спецпропаганды.

Жена учительствовала в 56-й школе грузинской столицы. Дважды брала классное руководство над пятым классом и доводила его до выпускного. Школа была русской, но поскольку считалась престижной, с высоким образовательным уровнем, сюда стремились отдавать своих детей и коренные тбилисцы. В классе Марии Григорьевны учились дочь скульптора Церетели, сын крупного дипломата Чикваидзе. Среди учеников был русские, грузины, евреи, греки, армяне — и никакого «национального вопроса». Ничто, казалось, не предвещало будущего раскола по этому признаку.

Горячий юг

Алексей Васильевич давно выслужил офицерский стаж, сверстники его уже уволились, а ему все выпадали неотложные дела. Шла афганская война, и как-то позвонил генерал Волкогонов: «Надо бы поехать. Ты у нас самый старый спецпропагандист..»

С января 81-го по апрель 83-го Романенко — советник начальника управления спецпропаганды Главного Политуправления ВС ДРА. Мария Григорьевна оставалась в Кабуле, а он, участвуя во многих операциях, отправлялся из гарнизона в гарнизон — Джелалабад, Кандагар, Герат, Ташкурган…

В Тбилиси возвратились — «как домой». Откликнувшись на просьбу командования, Романенко взялся восстанавливать работу университета марксизма-ленинизма при политуправлении округа. Справился с этой задачей, и тогда — в октябре 1986 года — был уволен из рядов Вооруженных сил. Правда, не представляя себя в бездействии, тут же стал преподавать ГО в пединституте им. Пушкина, избран там парторгом.

Но грянули известные апрельские события 89-го на площади Руставели — и многие добрые тбилисские знакомые стали вдруг избегать встреч.

Атмосфера отчуждения толкала к переезду в Россию. Выбрали Омск -город «свой», к тому же тогда в нем жил племянник Марии Григорьевны.

Самое главное

В прошедшем ноябре супруги Романенко отметили шестидесятилетие совместной жизни. И уже третий десяток лет они «на заслуженном отдыхе». Впрочем, неугомонный Алексей Васильевич вновь нашел занятие, став гидом в музее Кадетского корпуса.

Для него воспитанники корпуса и некогда располагавшихся в том же здании пехотного, общевойскового училищ — офицеры, генералы, кавалеры ордена Святого Георгия и Герои Советского Союза, по-человечески очень, конечно, разные (взять, скажем, для сравнения генералов Корнилова и Карбышева) — объединены чувством Родины. Это нечто более значимое, чем тип государственного строя, чем идеологические различия.

ОмскПресс