«Сесе, лауши!»

Общество

«Сесе, лауши!»

– говорили китайские дети омскому хореографу Наталье АНДРЕЕВОЙ, что означает: «Спасибо, учитель!»

Доцент кафедры хореографии факультета культуры и искусств ОмГУ им. Ф. М. Достоевского Наталья Андреева семь лет преподавала в Китае классический танец. За это время она объездила почти всю Поднебесную, изучила особенности китайского народного танца и выпустила книгу «Китайский танец: прошлое и настоящее».

— Наталья Васильевна, где вы работали и что преподавали в Китае?

— Шесть лет я проработала на кафедре хореографии в училище искусств города Шицзячжуан провинции Хэбэй, недалеко от Пекина. Преподавала европейский классический танец, поскольку китайцам это очень интересно. Знакомила студентов с балетами «Жизель», «Дон Кихот», «Щелкунчик», «Пахита», с музыкой Чайковского, Минкуса, Шопена, Адана и других композиторов, поскольку они ничего, кроме «Лебединого озера», любимого балета Мао Цзедуна, не знают. Я привозила им диски, рассказывала историю создания балетов, использовала на занятиях музыку конкретных произведений.

— Есть ли какие-то особенности в системе образования Китая?

— Я работала в стандартном среднем специальном учебном заведении, которые имеются в каждой провинции, в каждом городе. Обучаются в нём 6 лет, и ежегодно на хореографический факультет принимаются минимум 80 девочек и 15 мальчиков — всего около 100 человек. Помимо этого, в училище имеются музыкальное, драматическое отделения и пекинская опера, 15 балетных классов (!). Я занималась с четырьмя группами и только с девочками. У них разделение: с мальчиками работают преподаватели-мужчины, с девочками — педагоги-женщины. Обучение платное для всех, бюджетных мест нет. Причём деньги немалые. Студент оплачивает питание, проживание, учёбу за каждый семестр, свои костюмы.

— И родители способны оплачивать всё это?

— Если в Китае человек имеет работу, он в состоянии оплачивать учёбу своего ребёнка, купить квартиру, машину, дом. Но руководство нашего училища за счёт средств спонсоров набирало группы талантливых детей из бедных семей, в основном с Тибета, и за счёт спонсорских средств, а также средств городской администрации такие дети учились бесплатно.

— Как вы понимали друг друга?

— За мной был закреплён личный переводчик, но хореографическое искусство очень динамично, и ждать, пока он переведёт, особо некогда. Я обучила студентов французской терминологии балета, сама выучила несколько китайских слов, необходимых для ведения урока, и мы прекрасно друг друга понимали. Хореография — это не разговорный жанр. Я показываю — и дети всё улавливают.

— Есть ли какая-то разница в обучении российских и китайских студентов?

— Нет. Как и у нас, там есть гениальные, способные, трудолюбивые студенты, которые ловят каждое слово педагога и с удовольствием работают. Есть и ленивые, которые заниматься не хотят и пришли просто получить образование. Приходилось их ругать, разговаривать с воспитателями, решать вопросы с администрацией, даже выгонять с уроков и ставить низкие баллы. Я считаю, что китайское трудолюбие — это миф. Люди там точно такие, как и наши. Просто их много, а из такого количества всегда можно найти 50–70% талантливых. Вообще, система обучения больше напоминает военизированную: выстроились, поприветствовали хором. Очень многое китайские студенты заучивают хором. К учителю они обращаются исключительно «Лауши, хао» — «Здравствуйте, учитель», «Лауши, сейте» — «Учитель, до свидания». У них не принято обращаться к педагогу по имени. А вообще, китайцы — очень благодарный народ. Они умеют ценить сделанное им добро.

— Что вам особенно запомнилось и понравилось за годы жизни в Китае?

— Понравилось, что Китай развивается очень быстрыми темпами. Буквально за месяц китайцы рушат старые кварталы и в короткие сроки выстраивают новые микрорайоны. За шесть лет город на моих глазах преобразился: стал новым, современным, чистым, украшенным цветами, с развитой инфраструктурой. Русских, как и европейцев, в Шицзячжуане мало: на 5 миллионов жителей около 100 человек иностранцев. Не нравилось повышенное внимание к себе, как к человеку другой расы, везде: на улицах, в магазинах, на пляже. Здесь сказывается многовековая закрытость Китая.

— За семь лет, прожитых в Китае, вы изучили не только быт и традиции китайцев, но и их танцы, написали книгу. Не сложно ли было постигать «китайскую грамоту» русскому человеку?

— Очень сложно. В Китае проживает 56 народностей. Мне были интересны танцы народов, населяющих север и юг Китая: корейский, тибетский, монгольский, узбекский, народности дан (провинция Юннань) и ханьский (непосредственно китайский). Я три года посещала занятия народными танцами, покупала диски, изучала дома. Мне помогали мои студенты. Очень интересен ханьский танец с веерами, платками — там особая техника — это не просто помахать платком. Сейчас на факультете культуры и искусств Омского классического университета я знакомлю студентов с этими танцами.

— Спасибо за беседу.

ОмскПресс