Вход - Регистрация
  • Facebook
  • RSS
  • PDA Омскпресс
  • Вконтакте
  • Twitter
  • Виджет для браузера Опера
  • LiveJournal
  • Виджет для Яндекс
26
июля
ср
День +27
Вечер +24
Бензин в Омске
АИ-9234.25АИ-9538.05
АИ-9840.00ДТ35.60
USD 59.65 60.54
EUR 69.45 70.44
 ПокупкаПродажа

18+

БлогиОбществоЕвгения Конышева

Открытое письмо Навальному

Главная новость
Вы "решили развлечься и заодно провести интересный эксперимент в области журналистики…". В моей истории никто не захотел увидеть журналистские расследования.
12.12.2013 13:45
Поделиться:

Уважаемый Алексей!

Вы "решили развлечься и заодно провести интересный эксперимент в области журналистики…"

Это Вы здорово, конечно, придумали. Я не о Куршевеле, естественно, а об идее собрать истории о том, какова она эта "порочная, аморальная, коррумпированная власть в любом её проявлении". Только людям, которые реально пострадали от аппетитов "слуг государевых", не до развлечений, уж  простите.

Меня зовут Евгения Конышева. Я журналист. Живу и работаю в Омске. Недавно наш город упоминался на первом канале в связи с гибелью известного боксёра Ивана Климова. О его конфликте с сыном омского наркобарона было известно всему городу - в марте этого года в боксёра стреляли в центре Омска на глазах у множества свидетелей. Тогда Иван остался жив. Однако никто и не пробовал задержать и привлечь к ответственности человека, который в него стрелял. Так было выгодно омским правоохранителям – бездействовать. Теперь, когда Климова зарезали, они придумали восемь (!) версий случившегося. Получается, чтобы привлечь внимание к произволу следственных органов, нужно было случиться трагедии! Хотя виновный до сих пор на свободе.

В моей истории, ровно так же связанной со следственным беспределом, версия была одна. И пострадавший человек сидит. Правда, слава Богу, живой… И никому нет дела. Никто не захотел увидеть журналистские расследования, которые делались моими коллегами, услышать многочисленные комментарии авторитетнейших федеральных экспертов в области уголовного и процессуального законодательства, которые все, как один, заявляли, что это провокация, рейдерский захват крупного по меркам Омска бизнеса, в конце концов, фальсификация доказательств. Но в моей истории "силовики" были чрезвычайно ретивы. Так им было выгодно!

Алексей, если дело только в развлечении, можете не читать дальше. Но если Вам действительно не всё равно, я прошу Вас помочь придать как можно более широкую огласку моей истории и, может быть, восстановить малую толику справедливости в нашей стране.

Через четыре с лишним года наблюдения за уголовным преследованием известного омского предпринимателя Дениса Кузнецова я утверждаю: есть закон, не просто допускающий ограничение конституционных прав, но и заведомо предполагающий их нарушение - "Закон об оперативно-розыскной деятельности". Этот закон, допуская проведение оперативных экспериментов без правил, исключает возможность справедливого решения.

Над бывшим владельцем и директором крупнейшей в Омске рекламной компании "Арт-мастер" Денисом Кузнецовым провели оперативный эксперимент, от которого в нашей стране не застрахован никто. Знаете ли Вы, что это такое? На самом деле, не знает никто, потому что в "Законе об оперативно-розыскной деятельности" этому оперативному мероприятию, которое могут проводить уполномоченные службы в государственных интересах, чтобы изобличить преступников, нет законодательного определения.

В итоге проводят эти эксперименты оперативные работники, как бес на душу положит, неограниченно проявляя свои творческие способности. Если добавить к этому, что Закон, о котором я говорю, не требует особого регламента в оформлении документов, а все они, эти документы, легко становятся государственной тайной... Представляете, какой это страшный инструмент для решения вопросов?! Любых! Понимаете, как важно для каждого из нас, чтобы такой Закон был совершенным и исключал по определению возможность превращения временного ограничения конституционных прав граждан в пожизненное?

Дальше такая тонкость. Всё, что "добывают" в ходе экспериментов над людьми оперативники, не сразу становится доказательством и может быть использовано обвинением. Доказательством будет признано то, что следователь осмотрит и оформит процессуально. Как вы думаете, что грозит следователю, если он, пусть даже умышленно, нарушит многочисленные инструкции и оформит в качестве доказательства, например, смонтированный фильм, полученный в ходе так называемого "оперативного эксперимента"? Ничего!

Тем временем следователь возбудит дело, назовёт человека подозреваемым, а потом и обвиняемым, возьмёт человека под стражу… Конечно, решение об этом примет суд, но на основании ходатайства того же следователя. Он покажет смонтированный фильм, произвольно названный им же аудио-видеозаписью, суду и скажет: "Я все оформил процессуально". И человек сидит! Я бы предложила нашим правоприменителям не заморачиваться с определениями тех, кто попал под машину таких экспериментов над людьми. Подозреваемый, обвиняемый, подсудимый… Лучше сразу по-честному – зек! Какие уж тут права…

И всё. В нашей стране, когда вас обвинили, у вас нет прав! Даже если вы скажете: "Все было не так, хочу доказать, что я не виновен". И даже если вы, проведя видео-техническую экспертизу и предоставив заключения авторитетнейших специалистов (не буду останавливаться, чего это стоит – родственникам понадобилось на это два года и решение Верховного суда!), заставите следователя признаться, что тот сделал процессуально оформленным доказательством обвинения не оригиналы этих аудио-видео-записей, как положено по инструкции, и даже не копии, а просто любительское кино, снятое и смонтированное на домашнем компьютере оперативниками? Повторяю - ничего этому следователю не будет. А оригиналы тем временем уничтожены оперативниками. И человек сидит.

Вы скажете: тогда это не может быть центральным доказательством обвинения – следователю и в суд, согласно межведомственной Инструкции, должны предоставляться оригиналы или аутентичные копии. Мы тоже так думали – если следователь не захотел, то уж суд-то разберётся, но это была утопическая надежда, потому что для суда Инструкция - не закон. Суд порядок проведения и оформления оперативно-розыскных мероприятий проверять не обязан. Он этого и не сделал. Закон об оперативно-розыскной деятельности к этой Инструкции не предъявляет никаких требований, и доказать её нарушение и (или) добиться признания результатов оперативной деятельности недопустимым доказательством фактически невозможно никому. Так предусмотрено Законом.

В нашем случае негласный оперативный сотрудник, не стесняясь, рассказал в суде, как монтировал фильм; гласные оперативные сотрудники давали свои показания сбивчиво и путано; защита указывала на многочисленные признаки провокации, просматривающиеся даже после монтажа, - суд всё это проигнорировал и принял решение. Конечно же, обвинительное.

Денис Кузнецов сидит в тюрьме, а у меня и моих коллег осталось такое непреодолимое ощущение несправедливости, с которым просто невозможно жить. Я говорю не о том, что суд принял неправильное решение. Я говорю о том, что суд принял решение, не исследовав и не оценив того, что представляла защита. А даже и не защита. Ведь у нас действует презумпция невиновности: суду следовало оценить те доказательства, которые представило обвинение, но, очевидно, сделать это было гораздо сложнее, чем просто сказать: виновен.

Мама Дениса Кузнецова попросила известного учёного дать заключение законности решения суда и предоставила все необходимые документы. Ещё раз повторяю: не того, виновен её сын или нет, а того, как он был обвинён. Заключение на 30 с лишним страницах подтвердило то, что мы не сходим с ума: действительно, нарушено применение уголовного закона, допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, установления судом любого из них достаточно было для того, чтобы уголовное дело было прекращено. Почему этого не произошло? Почему суд не исследовал и не оценил доказательства обвинения? Ответ я нашла в этом же заключении. Цитирую:

В деле сложилась парадоксальная ситуация, когда действия С. (оперативный сотрудник), образующие объективную сторону подстрекательства и пособничества, но совершенные им в рамках оперативного эксперимента, фактически вменены К. (Денис Кузнецов) как совершенные им самим и по его инициативе в качестве подстрекателя и пособника.

При такой сложной и неявной фактической стороне данного дела суд не вправе был оставить без проверки законность проведения оперативного эксперимента, потому что его материалы, в том числе и оформляющие его документы, легли в основу обвинительного приговора. По сути, суд отказал стороне защиты в проверке допустимости основополагающих доказательств обвинения.

Вы поняли, почему суд не стал ничего оценивать? Ведь если бы признаки провокации были установлены, пришлось бы что-то решать с оперативником, а также с тем, для чего или в интересах кого он это делал, пришлось бы устанавливать факт фальсификации.

Вообще тема провокации - еще один камень преткновения для правоприменителей. Закон также не даёт чёткого определения этому понятию. С оперативным экспериментом провокация связана теснее некуда. Наберите в любом поисковике термин "оперативный эксперимент", тут же появится другой - "провокация". Правда, в нашем случае следствие объяснило каким-то образом эксперту, проводившему судебную лингвистическую экспертизу, юридическое значение провокации, поэтому та написала в своем заключении: оперативный сотрудник "является провокатором, но в общелитературном смысле этого слова". Вот такие изыски, такая игра слов. Однако за всем этим стоит обвинение человека в особо тяжком преступлении и несколько рейдерских захватов бизнеса, который он создавал 15 лет.

Я призываю всех, кого, как и меня, волнуют проблемы оперативно-розыскной деятельности: правозащитников, журналистов, общественных деятелей - вместе добиваться изменения закона, правоприменительная практика которого, исходя из многочисленных публикаций учёных, юристов и личного опыта, допускает нарушение прав человека. Государство должно признавать свои ошибки.

Да, и с Днём конституции Вас!

Просмотров: 2893
Добавить комментарий [Условия размещения]

Комментарии пользователей (всего 2):

09.01.2014
Катерина
Омскпресс, я с вашей системой антиспама при размещении комментариев хоть арифметику вспомню) Прикольно так, точно удобнее этих ужасных непонятных букв и цифр) Вы еще из таблички умножения примеры давайте решать)
09.01.2014
Катерина
Чем больше читаешь про наше тн правосудие тем страшнее становится(

Блоги

Александр Тихонов Александр Тихонов

Поэт, прозаик

Терпеливое русское счастье поэта Сергея Мальгавко

Порой любители поэзии говорят, что и Мальгавко, фотохудожника, журналиста, поэта, родившегося в Омске, занесло в Тару провидение.

1533 просмотров
3
БЦ БЦ "Радуга"

Родители умершей недавно Ани передали дорогостоящее оборудование другому больному ребенку

Спустя несколько дней после смерти дочери родители приняли решение передать циклер и расходные материалы к нему для другого больного ребенка.

3938 просмотров
Справочник организаций
Организация, телефон, место
Справочник
Обсуждения
Омич:

Спасибо за своевременное предупреждение!

// На День города в Омске строго запретят продавать алкоголь

Сергей Николаевич:

Вы в правительстве что Совсем Пенсионерам НОЛЬ а на застройку бывшего хлебозавод...

// В Омске на Бударина может появиться экстрим-парк

Рекомендуем посетить

Далее Назад
© СИ Омскпресс 2009-2017г.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 - 67755 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
При воспроизведении, распространении, переработке материалов сайта СИ Омскпресс обязательна прямая гиперссылка вида http://omskpress.ru/
Редакция не несет ответственности за содержание материалов раздела «Блоги» и комментариев пользователей. Авторские блоги и комментарии пользователей выражают личное мнение авторов блогов и посетителей сайта.

Сетевое издание Омскпресс
Почтовый адрес: 644042, г. Омск, пр. К.Маркса, д. 20, офис 501
Тел. редакции +7 (3812) 63-78-41 omskpress, размещение рекламы - +7 (3812) 63-78-43 omskpress
Счетчик