Вход - Регистрация
  • Facebook
  • RSS
  • PDA Омскпресс
  • Вконтакте
  • Twitter
  • Виджет для браузера Опера
  • LiveJournal
  • Виджет для Яндекс
6
декабря
вт
День -12
Ночь -13
Бензин в Омске
АИ-9232.50АИ-9536.20
АИ-9839.50ДТ34.40
USD63.70  
EUR67.90 68.10
 ПокупкаПродажа

18+

БлогиКультураЕкатерина Барановская

"Мухи в янтаре"*

Главная новость
В 1944 году на экраны вышел первый и последний фильм о ленинградской блокаде "Жила-была девочка" Виктора Эйсымонта. Поскольку "кольцо" было снято накануне, картина получилась аутентичной: мы видим тот снег, те дома, те трамваи, а главное – те лица. А как же художественная фикция кино? Излишне, когда место - город, которого нет.
30.05.2013 10:31
Поделиться:

…За девочек, по-старчески печальных.

Ольга Берггольц

Белокурая, вы поднимаете голову. Этот взгляд,
этот жест... Я могу придать им смысл
по собственному желанию.

Рене Клер

Крупный план превращает лицо в фантом
и отдаёт его на растерзание призракам.
Лицо становится вампиром…

Жиль Делёз

Можно энергичным сжатием век, закрыв глаза, увидеть белизну снега...
Следя за чередой всех ошибок, преступлений,
за деградацией мужской и женской части человечества,
в конце концов, всегда замечаешь ангелов.
Они бесшумно летают вокруг маленькой девочки…
Ангел возник перед "Титаником", белый ангел из гренландского льда…

Пьер Мак-Орлан об Эгеде Ниссен
в немом фильме Карла Грюне "Улица"

 

В 1944 году на экраны вышел первый и последний фильм о ленинградской блокаде "Жила-была девочка" Виктора Эйсымонта. Поскольку "кольцо" было снято накануне, картина получилась аутентичной: мы видим тот снег, те дома, те трамваи, а главное – те лица. А как же художественная фикция кино? Излишне, когда место - город, которого нет.

Берлин нулевого года в фильме Р. Росселлини - фактурный (дырявые дома щерятся, как глазницы или зубы) и более документальный, а тут всё по Вагинову: "я стал просвечивающей формой". Да ещё плёнка – серая, в трещинах и плешинах. Кадр с девочкой у проруби неотличим от блокадных фотографий.

Для кино, думаю, нужна внутренняя жизнь, и Нина Иванова в роли 9-летней Насти несёт нам своё лицо (только кинематограф открыл, что оно красноречиво): скорбное, старческое, уже бесслёзное. По сюжету ей приходится опекать 5-летнюю Катю. Дочки есть – матерей нет. В роли младшей дебютировала Наташа Защипина – самый знаменитый ребёнок-звезда послевоенного кино.

М. Кушниров в заметке для журнала "Экран детям" (рубрика "Так это было") отмечает работу Защипиной, а не Нины, чья "задача была проще, а сама она постарше". Не так. Наташа – эдакий театральный "гистрион", советская Ширли Темпл: обе именно играют, моделируют взрослые жесты. Выполняя задание на движение, маленькая актриса превращается в "монстра". Нина не играет. Она – московская девочка, помещённая в блокаду извне (ленинградские дети были слишком истощены). Что это даёт фильму? Во-первых, взгляд со стороны. Во-вторых, серьёзная не по годам Нина часто смотрит сквозь нас, как сомнамбула: так глубоко внутрь себя, что на экране то и дело возникают крупные планы абсолютно непроницаемого, чудовищно** взрослого существа в платке / с куклой / молитвенно сложенными руками.

Крупные планы репрезентируют то единственное (иное всему) место, где онтологические параметры и смыслы обнажились до самой матрицы – то есть Ленинград. Взгляд с той стороны. Нина Иванова транслирует чужой фантомный опыт, "который, сколько не старайся, никогда не удастся выдать за свой" (Ирина Каспэ). Пугающие эффекты, едва ли удобные для зрителя, следует отнести и к механике кино, которая в таких случаях тоже себя являет. Выдаёт. Кто-то определил: "киноактёр – не игра, но акт веры в удвоение себя". Конечно, Кушниров не прав – он проглядел "оплакивание и скорбь", как и то, что название фильма сообщает об ОДНОЙ ДЕВОЧКЕ, которая "жила-была". По сути, речь идёт о возвращении некоего духа, установлении контакта с миром живых.

Девочка-медиум создаёт ту "замогильную оптику", что встречается в стихотворениях о войне: их герои – мёртвые, которые словно бы "реконструируют направленный на них извне взгляд живых" (Ирина Каспэ). Лёд растает, но весенняя вода будет нечистой: серый, как плёнка фильма, Стикс между маленькой мной и девочкой, которая вечно там – у невской проруби***.

________________________

*Душ замученных промчался тёмный ветер,
Чёрный лёд блокады пронесли,
В нём, как мухи в янтаре, лежали дети,
Мёд давали им – не ели, не могли.
Их к столу накрытому позвали,
Со стола у Господа у Бога
Ничего они не брали
И смотрели хоть без глаз, но строго.

Елена Шварц.
Из цикла "Мартовские мертвецы".

** "чудовище" – отчасти в том экзистенциальном смысле, который Жан-Поль Сартр находит в образе Ивана из фильма А. Тарковского "Иваново детство".

*** есть такой роман, написанный в советское время и поразительный во всех отношениях, – "Лето в Бадене" Л. Цыпкина. Прочтите обязательно. Это блокадный текст, это текст-фликер – без аналогов. Кто, как я, рос на стишках типа "как я рад, как я рад, что поеду Ленинград", "мы поедем в Ленинград покупать себе наряд", получит иной опыт зимнего путешествия. В вагоне, "под неверным, мерцающим светом ламп, который то разгорался, то почти гас", рассказчик занят чтением "Дневника" Достоевского. На проспектах города,

"с двумя цепочками фонарей, постепенно сходящимися вместе и тонущими где-то в ночной морозной мгле", автору мерещатся "дети с протянутыми ручками, дрожащие от петербургского тумана (…) особенно девочки", выплывающие "откуда-то из темноты, словно на эскалаторе, на миг подсвечиваемые (…) чтобы снова скрыться во мраке".

Вечная ленинградская зима преображает самые банальные реальные вещи в мерцающие знаки длящегося (одного и того же) инобытия. Например, пересекая безлюдную заснеженную Ямскую, москвич Цыпкин обнаруживает, что его ботинки, "подсвечиваемые снегом, возвращают ему световые пятна", словно он обут "в белые валенки" - сам стал одним из призраком. И вот опять на пути попадается та же девочка лет 7-8, в очень худом пальтишке, с "белым, чухонским" лицом: она пошла впереди, будто "поводырь", "в ореоле фонарей" Свечного переулка". Куда фантомная блокадная девочка, вечная Сонечка, приводит автора?

"Несколько минут спустя я уже ехал на трамвае к Гилиному дому, а ещё через полчаса мы уже беседовали с Гилей, и она рассказывала мне про блокаду, а за окнами лежала зимняя петербургская ночь, и когда внизу на улице с грохотом проносились трамваи, весь дом с лампой вздрагивал, словно корабль, стоящий у причала".

 

P.S.:

Нина Иванова робко движется перед киноаппаратом
и несмело произносит слова роли

<критики>

Нина Иванова так и осталась кинопризраком: "непрофессиональная актриса", как тогда говорили, она сыграла ещё в нескольких фильмах, один из них – "Весна на Заречной улице". Я узнала блокадную девочку по жесту, идущему не от "школы" и "техники", которыми наше кино, на мой взгляд, погрешает, а от редкой природы исполнительницы, внешне почти не изменившейся.

В роли учительницы Татьяны Сергеевны она такая же скорбная "сомнамбула", часто впадающая в состояние экранного забытья, что и выражается уловленным мною жестом – бессознательное касание пальцами правой руки - задумчиво и длительно – нижней губы. Эти замирания, взгляд с поволокой, наклон белокурой головы ловит влюблённая камера Радомира Василевского, обессмертившая редкий для нашего кинематографа образ. Он чужд всему насущному, советскому – всей социальной "фабрике". Однажды порождённый экраном и принадлежащий только его магии, этот образ выполняет одну и ту же "работу", и "система Станиславского" тут, слава богу, не при чём. Долгие годы Нина Иванова существует в нигде, но её быстрый промельк на экране многого ценней.

Просмотров: 2977
Добавить комментарий [Условия размещения]

Спецпроект Омскпресс

В репортажах и интервью с представителями служб УМВД России по Омской области мы разрушаем мифы и рассказываем о том, о чем вы даже не догадывались.

Блоги

Александр Тихонов Александр Тихонов

Поэт, прозаик

Жизнь и творчество поэта Михаила Белозёрова

Михаил Белозёров – человек разносторонний. Он – поэт, на счету которого помимо двух авторских книг множество газетных публикаций, талантливый журналист, радиоведущий.

565 просмотров
Александр Бортник Александр Бортник

Администратор тату-студии Black Lion

Как выбрать татуировку

И самое главное - татуировка это не кеды, покупается не на один сезон. Татуировка – это продолжение вас самих, тандем мастера и вашего “Я”.

1343 просмотров
Справочник организаций
Организация, телефон, место
Обсуждения
Владимир:

Что?! Вы прочитайте что вы пишите грамотеи

// В Омской области объявлено штормовое предупреждение

Марк:

Может уехал в другой город на попутках. Документы взял с собой на работу устраив...

// «ДоброСпас-Омск» присоединился к поискам пропавшего Чайкова Виталия

Рекомендуем посетить

Далее Назад
© СИ Омскпресс 2009-2016г.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 - 67755 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
При воспроизведении, распространении, переработке материалов сайта СИ Омскпресс обязательна прямая гиперссылка вида http://omskpress.ru/
Редакция не несет ответственности за содержание материалов раздела «Блоги» и комментариев пользователей. Авторские блоги и комментарии пользователей выражают личное мнение авторов блогов и посетителей сайта.

Сетевое издание Омскпресс
Почтовый адрес: 644042, г. Омск, пр. К.Маркса, д. 20, офис 501
Тел. редакции +7 (3812) 63-78-41 omskpress, размещение рекламы - +7 (3812) 63-78-43 omskpress
Счетчик