Вход - Регистрация
  • Facebook
  • RSS
  • PDA Омскпресс
  • Вконтакте
  • Twitter
  • Виджет для браузера Опера
  • LiveJournal
  • Виджет для Яндекс
9
декабря
пт
Ночь -20
Утро -17
Бензин в Омске
АИ-9232.50АИ-9536.20
АИ-9839.50ДТ34.40
USD63.05  
EUR67.00 67.14
 ПокупкаПродажа

18+

БлогиКультураАлександр Лейфер

Единственное письмо (Тимофей Белозёров и Иван Токарев)

Главная новость
В моём довольно безалаберном личном домашнем архиве есть одна важная составляющая – большой хранящийся в нижнем глухом отсеке книжного шкафа бумажный мешок. Раньше такие мешки за их прочность и долговечность называли "крафтовскими" ("крафт", кто не знает, по-немецки «сила»). Так вот, в мешке этом – письма от разных людей, которые в разные годы приходили мне ещё в прежнюю, "докомпьютерную", бумажную эпоху.
06.10.2011 13:11
Поделиться:

Когда-то каждое из этих писем я вынимал из почтового ящика , большинству радовался, из каждого узнавал что-то новое… Шли годы, писем становилось всё больше – писали старые, испытанные временем и совместными делами друзья, появлялись новые знакомые…И со временем все их весточки принимал в себя видавший виды крафтовский мешок. Иногда я пытался как-то систематизировать его содержимое – раскладывал письма по адресатам, связывал их в пачки, выделял тем или другим отдельные папки и пакеты…

Пришло время, и мешок стал моим помощником. Потребовалось, например, вспомнить о человеке, которого я считаю одним из своих учителей – московском писателе, а в прошлом – омиче, самом близком друге поэта Леонида Мартынова - Викторе Петровиче Уткове ( 1912 – 1988), я вынул из мешка его письма ( а переписывались мы 17 лет, накопилось их более ста) разложил по датам, повспоминал, - в результате появился небольшой мемуарный очерк об этом незаурядном и скромном человеке, написавшем много интереснейших документальных книг и статей об истории Сибири, которые востребованы и по сей день, несмотря на то, что их автора давно уже нет с нами. Точно так же "помог" мне мешок, когда запросила душа написать об ушедших друзьях – поэтах Вильяме Озолине( 1931- 1997) и Анатолии Кобенкове (1948 – 2006), о редакторе журнала "День и Ночь" Романе Солнцеве (1939 - 2007). Об Анатолии и Романе написал очерки, а о Вильяме Озолине – небольшую книжку.

А иногда мешок напоминает мне о моих долгах. Например, о том, что давно уже пора мне вынуть из него пятьдесят с лишним писем от известного сибирского критика, основателя уникального "Литературного наследства Сибири" - Николая Николаевича Яновского и рассказать нынешним читателям о штрихах непростой жизни этого мужественного, принципиального и на редкость трудолюбивого человека. Обязан это сделать ещё и потому, что он в своё время дал мне рекомендацию в Союз писателей.

Немалое количество раз перекладывал я с места на место и то письмо, о котором пойдёт сегодня речь. Честно говоря, - не знал, как к нему подступиться.

Дело в том, что письмо это я получил от человека, чьё имя достаточно хорошо у нас в Омске известно – от детского поэта Тимофея Белозёрова (1929-1986). Ушёл он от нас давно, но книги его до сих пор выходят, стихи его дети до сих пор любят. Есть улица, библиотека и даже танкер, названные его именем. Установлен памятный камень на Аллее литераторов. Литературный музей каждую зиму проводит Белозёровский фестиваль . Критики и учёные-филологи пишут о нём доклады и диссертации. До сих пор живы-здоровы хорошо знавшие, дружившие с поэтом люди, они выступают на различных литературных вечерах, печатают о Тимофее Максимовиче воспоминания. Поэтому мне со своим одним-единственным письмом вступать в этот хор казалось неуместным. А вот недавно опять перечитал это короткое, посланное из Омска в Омск письмо и подумал, что стоит всё-таки рассказать о нём – пусть к портрету его автора прибавится ещё один штрих. Тем более , что и очередной Белозёровский фестиваль в следующем месяце открывается.

Итак, письмо. Датировано оно 14 сентября 1983 года:

"Дорогой Саша!

Сегодня прочитал твою статью в "Омской правде" об Иване Токареве и не удержался – сижу и пишу тебе благодарственное письмо. Вспомнил Ивана, как мы с ним ехали в Новосибирск, ещё почти не зная друг друга и не решаясь заговорить, курили в тамбуре. Помню его глаза, страшно увеличенные стёклами очков, и нескладную фигуру…Я не говорю уже о таланте, - не много у нас писателей на Руси, чьи книги начали бы свою жизнь без их автора …

И спасибо тебе, дружище, за всё, что ты сделал, чтобы книги эти обрели жизнь, а всё остальное для Ивана, хоть и с запозданием, они добудут.

С искренним уважением

Т. Белозёров".

Прежде всего, неординарен сам факт написания письма. Во-первых, человеком Тимофей был сдержанным, эмоций своих старался не проявлять, а во-вторых, мы никогда – ни до, ни после – не переписывались, никаких "задушевных" разговоров не вели, хотя встречались довольно часто – в Доме печати, на Омском радио, в писательской организации, да мало ли где, однажды даже вместе ездили в командировку в один из районов нашей области. Несколько раз я писал рецензии на его книги. Но в целом отношения были деловыми. И вот такой всплеск.

Статья моя, о которой пишет Т.Белозёров, называлась "Несколько старых писем" и была посвящена 50-летию рано ушедшего из жизни талантливого омского прозаика Ивана Анисимовича Токарева (1933 -1973). Придётся рассказать и о нём – тем более, что И.Токарев сегодня уже не так известен– последняя его книга выходила почти тридцать лет назад.

В безвременную могилу И. Токарева свела хроническая болезнь сердца – видимо, наследственная в их семье: от этого же рано скончался отец Ивана, а позже ушла, не дожив и до тридцати, его дочь Татьяна. Последние годы жизни И.Токарев был из-за своего недуга на пенсии, жил он в Амурском посёлке, рядом с Михаилом Малиновским, и они подружились. Через Малиновского, у которого я бывал тогда чуть ли не каждую неделю, по-настоящему сблизился с Иваном и я. Хотя знал его и раньше, когда тот работал в "Молодом сибиряке". Их редакция располагалась на четвёртом этаже Дома печати, а редакция "Омской правды", где работал я, - на втором. У меня был отдельный кабинет, и Иван редкий день не спускался ко мне – передохнуть и излить душу. Богемная обстановка "Молодого сибиряка", царившие в небольшом коллективе редакции интриги шокировали недавно переехавшего из Называевска по-деревенски неискушённого Ивана. В Называевске он служил в местной районной газете, а там, как и в любой районке, было не до интриг: приехал из командировки, отписался, тут же снова в командировку, вернулся – опять срочно пиши в номер, написал – получай новое задание…

Помню, каждый раз, когда возбуждённый Иван приходил ко мне, я, как мог, успокаивал его, советовал не принимать близко к сердцу то, что происходит в его редакции, быть выше, воспринимать саму работу в "молодёжке" исключительно как "службу", как способ зарабатывания на жизнь. Мне нравились пронзительные рассказы Ивана, это была честная, написанная без всякой оглядки проза, и я пытался убедить его, что в этом и только в этом да ещё в успешном окончании заочной учёбы в Литинтституте - главное для него, а всё остальное – второстепенно… Но советовать всегда легче… Именно атмосфера в тогдашнем коллективе "Молодого сибиряка" в конце концов «поспособствовала» тому, что не достигший и сорокалетия Иван вышел на инвалидную пенсию.

Летом он почти каждый день, если позволяла погода, уходил из своей квартиры в ближайший сквер, вынимал из кармана обыкновенную школьную тетрадку в клетку или в линейку и писал в ней очередной рассказ. Именно так, в этом импровизированном "кабинете", недалеко от узловой на Амуре остановки "Диспетчерская" рождалась его будущая первая книжка. А по вечерам Иван встречался с Малиновским, читал ему написанное. И они обсуждали каждый абзац, каждую строку …

Карандашный портрет Ивана Токарева работы
омского писателя и художника Владимира Полторакина.
Оригинал хранится в личном фонде И.А.Токарева–
в Историческом архиве Омской области

Конечно, Ивана угнетало, что семейный бюджет держится теперь главным образом на заработке жены. Иногда рассказы печатались в газетах, передавались по Омскому радио, но, конечно же, в материальном плане это давало мало. Он, опытный, хорошо знающий деревню журналист, мог бы хоть иногда брать командировки в любой газете или на том же радио, но жена Валентина, будто предвидя то что в конце концов и случилось, категорически была против всяческих поездок для подработки, отпускала только в Усть-Китерьму – проведать мать и сестёр.

В середине марта 1973 года он опять собрался на на родину. И на этот всё-таки решил совместить полезное с приятным - договорился с Омским радио, что заодно сделает для них пару записей, взял с собой для этой цели портативный репортёрский магнитофон. Записи он сделал – поговорил с кем-то из районного руководства, с кем-то в Доме культуры. А потом отправился на местный автовокзал, намереваясь проехать оттуда в Усть-Китерьму. Но до автовокзала не дошёл: упал прямо на дорогу и тут же скончался – разорвалось измученное болезнью сердце.

В Усть-Китерьме его и решили похоронить. На похороны приехала из Омска небольшая группа литераторов, среди которых были и Тимофей Максимович, и , разумеется, мы с Малиновским…

Но вернёмся к письму Белозёрова. Он несколько преувеличивает мою роль в дальнейшей судьбе творческого наследия И.Токарева, «первую скрипку» тут сыграл, конечно же, М.Малиновский. Прежде всего, он довёл до конца подготовку первого сборника Ивана – уже без него выполнил те пожелания, которые имелись к рукописи со стороны издательства. И в 1974 году в Новосибирске эта небольшая книга вышла – "За лесом – люди".

Затем мы начали пытаться выяснить судьбу московской рукописи Токарева – это была его дипломная работа, которую прямо во время заочной ( заочной она была из-за болезни) защиты диплома порекомендовали издать в столичном издательстве "Современник". На "подталкивание" и проталкивание» московской книги ушло долгих пять лет. Догадались выйти на литинститутского преподавателя Ивана – известного московского критика Михаила Лобанова. Скорее всего, его авторитет и помог нам, не имевшим в столице никаких прочных связей, провинциалам, добиться своего. Тем более, что критик был членом редсовета этого издательства. У меня сохранилось два письма М. П. Лобанова, в одном из них (от 8 июля уже 1978 года) он сообщает: "Но теперь, наконец, дело подходит к благополучному завершению: книга Ивана Токарева включена в тематический план 1979 года, план отпечатан типографским способом и это уже «наверняка". Вчера я говорил с зав. отделом прозы изд. "Современник" Александром Целищевым, и он заверил меня. Что в ближайшее время будет заключён договор. Передайте, пожалуйста, это жене Ивана Токарева как официальный ответ. Книга выйдет объёмом в 15 печ. листов, тираж - 75 тысяч».

Книга эта называется по названию одного из включённых в неё рассказов – «У тальников близ дороги». До Омска её дошло немного – 75 тысяч на всю огромную страну, которая тогда и в самом деле была тогда "самой читающей" ( тут официальная пропаганда не преувеличивала), - капля в море… Свой экземпляр я в своё время ( вместе с письмами ко мне Ивана)я передал в наш Литературный музей.

В 1981 году (после 19-летнего перерыва-!) возобновило свою деятельность Омское книжное издательство. И сразу же в его планах стала фигурировать и фамилия Ивана. Вышедший вскоре сборник "Малаховские журавли" (Омск, 1983), предисловие к которому написал М.Малиновский, - наиболее полно отражает его наследие. Белозёров, наверняка, видел эту книгу, наверняка обратил внимание, что я (вместе с М. Малиновским) являюсь её составителем . Видимо, всё это вместе взятое и побудило его написать мне короткое "благодарственное" , как он выразился, письмо. А нам с вами вспомнить сегодня и его самого, и автора замечательной - правдивой, преисполненной любовью к деревенским жителям прозы – Ивана Токарева.

Просмотров: 6270

Наши партнеры

В современно мире очень важно знать доподлинную историю своей страны, чтобы понимать, как будет развиваться дальше экономика, история и культура государства. Узнайте настоящие причины распада СССР, плюсы и минусы той эпохи.
Добавить комментарий [Условия размещения]

Спецпроект Омскпресс

В репортажах и интервью с представителями служб УМВД России по Омской области мы разрушаем мифы и рассказываем о том, о чем вы даже не догадывались.

Блоги

Александр Тихонов Александр Тихонов

Поэт, прозаик

Жизнь и творчество поэта Михаила Белозёрова

Михаил Белозёров – человек разносторонний. Он – поэт, на счету которого помимо двух авторских книг множество газетных публикаций, талантливый журналист, радиоведущий.

841 просмотров
Александр Бортник Александр Бортник

Администратор тату-студии Black Lion

Как выбрать татуировку

И самое главное - татуировка это не кеды, покупается не на один сезон. Татуировка – это продолжение вас самих, тандем мастера и вашего “Я”.

1617 просмотров
Справочник организаций
Организация, телефон, место
Справочник
Обсуждения
СИМ:

надо прокуратуре проверить количество преступлений в этом кафе, кто их расследов...

// В Омске работник кафе избил посетителя за разбитую вазу

Софья:

"курьезная история, как злоумышленник..." Господа, исправьте глупую ст...

// Омича, укравшего золота на 350 тысяч, погубили голод и наглость

Паша:

Они они они они. Одни повторы. Портитесь, омскпресс

// Два омича спасли из огня мать и ребенка

Рекомендуем посетить

Далее Назад
© СИ Омскпресс 2009-2016г.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 - 67755 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
При воспроизведении, распространении, переработке материалов сайта СИ Омскпресс обязательна прямая гиперссылка вида http://omskpress.ru/
Редакция не несет ответственности за содержание материалов раздела «Блоги» и комментариев пользователей. Авторские блоги и комментарии пользователей выражают личное мнение авторов блогов и посетителей сайта.

Сетевое издание Омскпресс
Почтовый адрес: 644042, г. Омск, пр. К.Маркса, д. 20, офис 501
Тел. редакции +7 (3812) 63-78-41 omskpress, размещение рекламы - +7 (3812) 63-78-43 omskpress
Счетчик